Как сделать потолок ваз 2104

Как сделать потолок ваз 2104
Как сделать потолок ваз 2104
Как сделать потолок ваз 2104
Как сделать потолок ваз 2104

 

Раввин Леопольд Коэн

 

Жизнь Леопольда Коэна началась в маленьком местечке Березна в восточной части Венгрии. В семь лет его постигло большое горе, - он потерял родителей, и целый год был предоставлен самому себе. Позднее он часто вспоминал, что именно эти дни одиночества и борьбы за существование научили его всем сердцем верить в Бога. Поэтому естественно, что 13-летний Коэн решил стать раввином. Он прекрасно занимался и к восемнадцати годам окончил Талмудистскую академию с высокими оценками и рекомендацией лучшего законоучителя.

Завершив свое официальное образование и получив духовный сан, раввин Коэн вступил в счастливый брак. Согласно обычаям того времени, молодые стали устраиваться в доме родителей жены, а раввин Коэн решил посвятить себя изучению священных книг за время религиозного обучения главные проблемы его народа, проблемы изгнания и обещанного, но все не наступающего освобождения с помощью грядущего Мессии, стали его личными проблемами. Он искренне молился и изучал священные книги в надежде найти ответ на эти волнующие вопросы.

Частью его утренних молитв было постоянное повторение 12 параграфа древнего вероучения, который гласит. "Я верю совершенно в приход Мессии, и хотя Он медлит, я буду ждать ежедневно, что Он придет". Повторение этих слов наполняло его сердце страстным желанием, чтобы Бог исполнил Свое обещание и поскорее восстановил растерзанный Израиль. Наконец, наступил момент, когда он, не удовлетворяясь более формальными молитвами, стал просыпаться по ночам и, сидя на голой земле, горевать над разрушением храма и умолять Бога ускорить приход Избавителя.

"Почему Мессия медлит? Когда же он придет?" - эти вопросы постоянно будоражили ум молодого раввина. Однажды, склонившись над томом Талмуда, он прочел следующее. "Мир будет стоять шесть тысяч лет. Пройдут две тысячи лет беспорядков, две тысячи лет под знаком Закона, и еще две тысячи лет времени Мессии". С усилившимся интересом он обратился за разъяснениями к писаниям Раши, выдающегося еврейского толкователя. Но объяснение, которое он нашел, показалось ему неубедительным "После вторых двух тысяч лет, - было написано там, - придет Мессия и царства зла будут разрушены" Его мечта показалась еще более далекой Согласно толкователю Талмуда, Мессия придет не скоро. А пока по-прежнему длится изгнание - горькая судьба еврейского народа, с которой приходилось волей-неволей считаться "Не случилось ли так, - однажды спросил он самого себя, - что время прихода Мессии уже прошло, но обещания остались неисполненными?"

В крайнем замешательстве раввин Коэн решил, было начать вести счет событиям согласно предсказаний Пророков. Однако сама мысль об этом наполняла его сердце страхом, так как, согласно учению раввинов, "да будут прокляты кости того, кто высчитывает время конца". И все же желание узнать истину победило. Ожидая в любой момент грома небесного, но с непреодолимой жаждой познания, он открыл дрожащими руками Книгу Пророка Даниила и начал читать.

Когда он достиг девятой главы, свет начал снисходить на него. Он был поражен истиной, скрытой от него до сих пор. После прочтения двадцать четвертого стиха он без труда сделал вывод, что приход Мессии должен был состояться через 400 лет после того, как Даниил получил от божественного посланника пророчество о Семидесяти неделях. Молодой раввин, привыкший за годы учения к запутанности и часто завуалированным полемическим указаниям Талмуда, сразу был очарован здесь ясностью и полнотой Слова Божьего. Это укрепило его сомнения в ненадежности многих толкований Талмуда.

Раввину Коэну, лидеру еврейской общины, приобретающему в ней все большую популярность, было нелегко и не очень приятно подвергать сомнению авторитет Талмуда. Кроме того, он сознавал, что в его положении сомнения такого рода носили внешне еретический характер и, возможно, каким-то образом могли даже повредить благополучию Израиля. И все же по мере трезвого и глубокого размышления ему становилось все яснее, что вопрос стоит так: "Должен ли я верить Слову Божьему или же мне надо отвернуться от Слова, а значит, от истины?" В минуты душевного наибольшего разлада одна молитва чаще других приходила ему на ум. "Открой мои очи, о Господи, чтобы я мог увидеть удивительные вещи в Законе Твоем!"

Сам того полностью не сознавая, раввин Коэн двигался в сторону все большего раздвоения. Кризис приближался неотвратимо и разразился во время праздника Хануки. Это был праздник Посвящения и, как обычно, Коэн собирался выступить с проповедью в его честь Он не собирался касаться ни своих сомнений относительно правильности Талмуда, ни своих последних открытий, связанных с пророчеством Даниила. Однако когда он поднялся, чтобы начать говорить, некоторые из его сокровенных мыслей вылились наружу. Он заговорил открыто. Реакция на его слова последовала незамедлительно. Шепот перерастал в громкий протест, и к концу церемонии превратился в сплошной шум.. С этого дня началась серия неприятностей, которые осложнили жизнь молодого раввина и сделали дальнейшую его службу невозможной.

Тем не менее, Новый Завет все еще оставался незнакомой раввину Коэну книгой, и ему даже не приходило в голову заглянуть в нее. В смятении он решил спросить совета у своего друга - раввина в отдаленном городишке, человека, который много лет был его старшим товарищем и к которому он относился с большим уважением "Конечно, - рассуждал он, - моя проблема не из новых. Другие люди, должно быть, задумывались над этим не раз и, возможно, нашли удовлетворительные ответы. Иначе как же они могут продолжать изучать и проповедовать Талмуд?" Но его надежды вновь были разбиты. Он не успел даже до конца открыть свою душу раввину, к помощи которого прибег в тяжелую для себя минуту, как тот начал кричать, извергая потоки брани и проклятий. "Итак, ты дошел до того, что нашел Мессию, открыл непостижимое! Ты едва вылупился из яйца и уже набрался наглости сомневаться в авторитете Талмуда. Учение наших старейшин уже не годится для тебя. Ты говоришь как тот вероотступник за океаном, о котором я прочитал недавно в венской газете, - он заявил, что Мессия уже пришел. Возвращайся-ка ты лучше на свое место и будь доволен, что тебя не лишили должности. Но предупреждаю тебя, если ты будешь продолжать эту ересь, в один прекрасный день ты закончишь свое раввинское служение с позором и умрешь среди вероотступников в Америке".

Раввин Коэн ушел от него разочарованный и разбитый. Но вместо того, чтобы смириться, он вдруг ощутил вдали какой-то проблеск надежды Америка. Страна свободы. Рай для всех преследуемых. Там он мог бы, наверное, продолжить свои исследования.

Март 1892 года застал раввина Козна в Нью-Йорке. Его тепло приветствовали соотечественники, многие из которых знали его лично. У него было рекомендательное письмо к известному раввину Клайну, тот встретил Коэна очень сердечно и даже предложил ему временно служить в его синагоге в ожидании приглашения в подходящую общину.

Как-то в субботу, вскоре после приезда, Коэн, как обычно, вышел после обеда пройтись. Проходя мимо какой-то церкви, он вдруг увидел объявление, написанное на древнееврейском языке. В нем сообщалось о предстоящей встрече евреев. Как же так - церковь с крестом и встреча в ней евреев?!

Пока он в раздумье стоял перед церковью, один из соотечественников тронул его за руку и сказал испуганным голосом "Ребе Коэн, лучше пойдемте отсюда". Раввин, однако, был порядком заинтригован - что же это такое - церковь и надпись на древнееврейском! "В этой церкви собираются евреи-отступники, - объяснили ему, - они учат, что Мессия уже пришел!" При этих словах сердце раввина Коэна лихорадочно забилось "Они учат, что Мессия уже пришел'" Может, это те люди, о которых говорил ему раввин в маленьком венгерском городишке.

С трудом избавившись от своего спутника и убедившись, что за ним никто не наблюдает, он вернулся к церкви. Но то, что он увидел, заставило его повернуть назад, едва он переступил церковный порог. Говоривший с кафедры и вся публика были с непокрытыми головами. Для раввина Коэна, как и для любого ортодоксального еврея, это было верхом святотатства. По дороге домой он подумал, однако, что ему следовало бы объяснить церковному служителю причину его столь стремительного ухода. Он вновь вернулся и получил приглашение встретиться с руководителем церкви в его доме.

В следующий понедельник раввин Коэн набрался храбрости и отправился по указанному адресу Он вошел в этот дом с тяжелым сердцем, но впечатление, которое произвел на него пастор, еврей-христианин, и то, что этот человек оказался, как и он, знающим талмудистом и происходил из известной раввинской семьи, все это очень скоро вернуло Коэну душевное спокойствие. И прежде чем он осознал, что делает, он начал делиться с хозяином своими мыслями о Мессии.

Почти в самом конце встречи хозяин, узнав, что его посетитель совершенно не знаком с содержанием Нового Завета, протянул ему книгу на древнееврейском языке и попросил прочитать ее в свободное время. Взяв дрожащими руками книгу, которой суждено было изменить его жизнь и веру, раввин Коэн не смог удержаться, и открыл ее.

Его взгляд упал на первые строки Евангелия от Матфея "Эта книга о рождении Иисуса Христа, сына Давидова, сына Авраамова..." Чувства, которые вызвали в нем эти слова, не поддаются описанию Ему показалось, что он, наконец, достиг цели своих долгих поисков. Жертвы, которые он понес, - разлука с женой и детьми, дни, проведенные в молитвенном исступлении, - все это вознаградилось. Проблема, которую ни он, ни те, к кому он обращался за советом, решить не могли, теперь разрешалась книгой, и эта книга была у него в руках. Безусловно, он пришел к ней по воле Божьей. Господь Бог, наконец, откликнулся на его молитвы, и теперь, несомненно, Он поможет ему найти Мессию.

Раввин Коэн поспешил к своему дому. Он вбежал в комнату, запер за собой дверь и отдался изучению этой прекрасной книги, жемчужины, доставшейся ему такой дорогой ценой. "Я начал читать в 11 часов утра, - писал он позднее, вспоминая об этом замечательном дне, - и продолжал до часу ночи. Я не мог понять все содержание книги, но я, по крайней мере, понял, что имя Мессии было Иешуа, что он родился в Вифлееме, жил в Иерусалиме и общался с моим народом, и что явился он как раз в то время, которое указал в своем пророчестве Даниил. Моя радость была неописуемой".

Но когда ребе Коэн вернулся к мыслям о собственном будущем, ему стало ясно, что предстоят нелегкие времена. Узок и труден путь веры в мире неверующих. Первый удар ожидал его на следующее же утро, когда он попытался поделиться своим откровением с раввином Клайном, который взялся подыскать для него подходящее место службы. "Вы сумасшедший мечтатель, - закричал на него коллега, услышав слова Коэна - Мессия, которого вы искали, ни кто иной, как Иисус. А что касается этой книги, - продолжал он, вырывая том Нового Завета из его рук, - то ученый раввин, вроде вас не имеет права не только читать, но даже держать в руках этот опус вероотступников. Это источник всех наших страданий". С этими словами он швырнул книгу на пол и принялся топтать ее ногами. Спасаясь бегством от этого неожиданного взрыва негодования, ребе Коэн почувствовал, что его снова раздирают противоречия. "Может ли быть, чтобы этот Мессия, этот Иешуа, сын Давидов, был Иисусом, которому поклоняются не евреи"

Несколько дней его мучили боли в сердце и печальные мысли, пока он не посмотрел на свою проблему по-новому - в свете Священного Писания. Обратившись к божественному светочу правды, он нашел ответ. Пророческое видение страданий Мессии пришло к нему, когда он читал и перечитывал 53-ю главу пророчества Исаии. Но он все еще не обрел душевного покоя. Важнейший вопрос, мучивший его теперь, сводился к следующему "Что, если Йешуа и Иисус являются одним и тем же лицом. Как могу я полюбить "ненавистного" Как могу я осквернять свои губы именем Иисуса, чьи последователи на протяжении многих поколений мучили и убивали моих собратьев! Как могу я присоединиться к людям, враждебным моей плоти и крови!" Эти вопросы были достаточно серьезны, чтобы смутить покой любого человека. Однако поверх всего этого звучал спокойный голос, обращающийся, казалось, прямо к его сердцу и говорящий. "Если Он и есть Мессия, предсказанный в Писании, тогда, безусловно, ты должен любить Его не зависимо оттого, что люди совершали с Его именем"

Все еще колеблясь, ребе Коэн решил поститься и молиться, пока Бог не укажет ему выход. Когда он начал свои молитвы, в руках у него была книга Ветхого Завета на древнееврейском языке. Полностью погруженный в молитву, Коэн вдруг почувствовал, что томик выпал у него из рук, и когда наклонился поднять его, обнаружил, что он раскрыт на странице, где начинается третья глава Пророчества Малахии. Она начиналась словами. "Вот Я посылаю Ангела Моего, и он приготовит путь предо Мною, и внезапно придет в храм Свой Господь, Которого вы ищете, и Ангел завета, которого вы желаете вот, Он идет, говорит Господь Саваоф"

На мгновенье ему показалось, что Мессия стоит рядом с ним, указывая ему на слова "Он идет, говорит Господь" Охваченный чувством страха, он упал на пол, и из самого сердца родилась молитва "Мой Господь, мой Мессия Иешуа Ты есть Тот, в Котором Израиль должен быть прославлен Ты есть, безусловно, Тот, Кто примирил Своих людей с Богом. С этого дня я буду служить Тебе, чего бы это ни стоило" Как ответ на его мольбы, поток света озарил его душу, и он с восторгом почувствовал, что нет больше преград между ним и Господом. В тот момент он понял, что стал новым существом. Уже ни с кем более не советуясь, Коэн начал провозглашать своим друзьям и знакомым, что отвергнутый Иисус и был на самом деле Мессией Израиля, и пока евреи не примут Его, они не найдут покоя в Боге. Первая реакция его товарищей была снисходительной. "Ребе Коэн помешался, - говорили они, - в результате долгой разлуки с родиной, с женой и детьми". Но когда настойчивость и искренность его высказываний привлекла всеобщее внимание, они заклеймили его как предателя своего народа и начали жестоко преследовать. Некоторые даже грозили вообще "стереть его с лица земли". Таковы пути познания Бога!

Когда соотечественники Коэна примирились с фактом его обращения в другую веру, они решили написать письмо его жене и друзьям, чтобы сообщить о "предательстве". В результате этого жена прервала с ним все отношения.

Евреи Нью-Йорка было в ярости от поступков когда-то уважаемого раввина. Никто не знает, что еще могли бы сотворить с ним фанатики, останься он в Нью-Йорке. Но, к счастью, пастор, который подарил ему первый Новый Завет, узнал о гонениях и пришел ему на помощь. Собралась группа друзей, которая дала Коэну приют и защиту. Когда стало ясно, что его жизнь в Нью-Йорке день ото дня становится все опаснее, была начата подготовка его переезда в Шотландию, чтобы он смог там учиться и восстановить силы.

В Шотландии, в городе Эдинбурге, Коэн был сердечно встречен прихожанами церкви Барклая. Но ему предстояло еще одно суровое испытание. Враг еще более коварный и опасный, чем все те, которых он оставил в Нью-Йорке, ожидал его. Приближался день его крещения, и Коэн чувствовал, что ему предстоит выдержать главное испытание его жизни, что против него будут Сатана и все дьявольские силы. Он знал, что в духовном отношении получит многое от этого решительного и открытого признания своей веры в Мессию, но по-человечески боялся потерять все, чем дорожил в земной жизни, - жену, детей, друзей, положение, звание, - в общем, все.

За несколько дней до своего крещения и особенно накануне своего публичного обязательства перед Мессией, Коэн жил под гнетом мрачных предчувствий Молитвы, к которым он часто обращался, приносили ему только временное утешение. Но в утро своего крещения он явился в церковь явно приободрившимся. Как будто тучи рассеялись от присутствия самого Мессии. Молитвы товарищей поддержали его в часы душевной борьбы и замечательной победы. Характерно письмо, которое он получил от доктора Эндрю А.Бонара, почетного пастора Финестонской церкви в Глазго. Бонар писал: "Моя паства и я будем молиться за вас завтра во время утренней службы".

С того дня Коэн сделался посланником Мессии и нес в своем сердце тайну спасения Израиля.

Такова история духовных поисков раввина Коэна. Личность доктора Леопольда Коэна, эрудированного ученого, прекрасного проповедника, убежденного пастора и неутомимого миссионера, может быть правильно оценена, только если мы вспомним его юность, когда, будучи восходящей звездой, среди раввинов, он решил, что нет ничего дороже истины, и посвятил жизнь борьбе за спасение своего народа.

Недостаток места заставляет нас прервать рассказ об этом первом периоде жизни Коэна, который включает его работу в Шотландии и его воссоединение с женой и детьми. Скажу только, что их возвращение к нему - лишнее доказательство искренности и честности этого человека.

Перенесемся в нашем рассказе к осени 1893 года, когда Коэн с семьей вернулся в Нью-Йорк. За время, прошедшее с его первого приезда, город почти не изменился.

Теперь Коэн обладал большим терпением, а цель, которую он видел перед собой, уже не вызывала сомнений "Я знаю, в Кого я должен верить", - эти слова, принадлежащие Павлу, стали теперь и его девизом.

Призванием бывшего раввина стало одно - служение Богу. После прибытия в Нью-Йорк он немедленно позаботился о встречах со своими собратьями-евреями.

Чтобы иметь место для проповедования Евангелия, он открыл маленькую миссию в Браунзвилле. Будучи человеком практического ума, он занимался не только проповедями, но также и облегчением жизни евреев-иммигрантов, тысячами прибывавших тогда в Нью-Йорк, Правда, в первых своих попытках служить людям именем Мессии он был трагически одинок. В то время как его работа проповедника нуждалась в популяризации, еврейская община продолжала смотреть на него враждебно, а христиане, которые должны были бы поддержать его, объединялись для этого слишком медленно. Прежде чем ему удалось достигнуть успеха в своей новой деятельности, драгоценности его жены, - символ былого благополучия, пошли в уплату за аренду помещения, где проводились встречи и читались проповеди. И вот настали дни, когда кладовая маленькой семьи опустела совсем, и дети уходили в школу полуголодными. Это могло бы смутить любого, но Коэн продолжал упорствовать, веря в себя и в Бога, который призвал его из мрака под свой чудесный свет.

Несправедливые гонения причиняли боль молодому и чувствительному миссионеру. Но Коэн никогда не жаловался, оставаясь всегда бодрым, не теряя надежды. Известен такой случай, происшедший с ним и иллюстрирующий известное изречение "Ученик не может быть величественнее своего Господа". "Однажды, - рассказывает Коэн, - я отправился отнести Новый Завет в дом, где его ждали. Но когда я пришел туда, на меня набросился мужчина огромного роста и начал дубасить меня кулаками. Затем, повалив меня на землю, он стал топтать меня ногами. Наконец, он схватил меня за уши и, приподняв мою голову, начал стучать ею о каменный пол, все время, повторяя по-древнееврейски: "Эти уши, которые слыхали от Синая, что мы не должны иметь чужих богов и которые теперь прислушиваются к христианским идолам, должны быть оторваны". Повторяя вновь и вновь слово "оторваны", нападавший продолжал колотить Коэна об пол головой. Коэн добрался домой с разбитым в кровь лицом, но это была кровь пострадавшего за правду.

Должно быть, самое тяжелое испытание, которое ему пришлось перенести, исходило от людей, вроде бы с ним согласных. Апостол Павел очень четко назвал людей такого рода "фальшивыми братьями". Они не верили в искренность доктора Коэна. К счастью, были и другие, люди большого сердца, которые знали настоящую цену д-ру Коэну и стояли за него до конца его жизни. В 1930 году, когда нападки на него усилились, Витон-колледж в Иллинойсе, первоклассное богословское учебное заведение, присудил ему почетное звание доктора богословия.

Д-р Леопольд Коэн скончался в 1937 году, 19 декабря. Траурная церемония, состоявшаяся в баптистской церкви на Мерси Авеню в Бруклине, была проведена Ассоциацией духовных лидеров, членом которой он был долгое время. Присутствовало множество его друзей и почитателей - евреев и не евреев. Из всех замечательных слов, прозвучавших тогда, наверное, самые задушевные и искренние содержались в надгробной речи профессора Хью Р. Монро, который знал д-ра Коэна и был его другом в течение сорока лет: "Я хочу сказать слово о доблестном солдате Христа, который был моим другом много лет. Как мне стало ясно из сегодняшних выступлений, я знал доктора Коэна больше, чем многие из вас, - около сорока лет. Я расцениваю эту дружбу как одно из прекраснейших событий моей жизни. Я очень многим обязан этому истинному солдату Христа. Он действительно был солдатом, потому что он знал, что такое борьба во имя Господа, Возможно, не всем присутствующим известно, какую тяжкую жертву принес этот слуга Христов в ранние годы своего миссионерства, какие муки он переносил на протяжении многих лет. Такими, как он, может гордиться этот город Трудно найти другого подобного деятеля в истории религии Соединенных Штатов. Не раз он был жертвой свирепых нападений Нелегко представить это нам, знающим мягкость его характера, его гуманность и долготерпение в служении людям. Многие годы он был, преследуем и гоним день и ночь. Это напоминает главу из истории средневековья. Возможно, когда-нибудь его жизнь будет подробно описана. Я думаю, это необходимо сделать. Мы живем в спокойное, снисходительное время и очень мало знаем о том, через что прошли наши отцы, что, заставляло их верить, что укрепляло их веру. Но Леопольд Коэн все это знал. И Библию он знал, как знают немногие. В первом послании к Коринфянам есть перечисление пожертвований, которые даны святым. В послании к Ефесянам есть перечисление Божьих даров Его Церкви. Когда Господь, "восшед на высоту", дал дары человеку, этими дарами были пророки, апостолы, евангелисты, т.е. духовные учителя.

Сейчас я думаю о нашем возлюбленном брате как о находящемся где-то среди нас. По правде сказать, он был даром нашего Господа, преподнесенным Церкви. Он обладал долготерпением, он был удивительно чуток к голосу Духа. Посмотрите, как упорно трудился он на благо этого братства на протяжении многих лет. Он начал свою деятельность в ужасных условиях, имея только несколько добрых душ в качестве поддержки, но работа, основанная им, как мы теперь знаем, достигла почти всех частей земли. Наш Господь - великий Защитник. Он умеет видеть своих детей насквозь и умеет все взвесить. Какое счастье понимать, сойдясь здесь сегодня, что наш брат, будучи еще в плоти, знал Божью Защиту. Я салютую этому верному солдату Христа. Он сделал великое дело. Он закончил свой путь. Он верил до конца. А мы, остающиеся, знаем, что Господь Бог, судья праведный, даст ему венец праведности, - и не только ему, но и всем, кто любит имя Его"

Те, кто знал д-ра Коэна, запомнят имя его и его человечность. Как Моисей, великий освободитель Израиля, д-р Коэн "знал, что ему не приходилось краснеть после разговора с "Богом" В этом его величие.

 

 

Как сделать потолок ваз 2104 Как сделать потолок ваз 2104 Как сделать потолок ваз 2104 Как сделать потолок ваз 2104 Как сделать потолок ваз 2104 Как сделать потолок ваз 2104 Как сделать потолок ваз 2104 Как сделать потолок ваз 2104 Как сделать потолок ваз 2104 Как сделать потолок ваз 2104 Как сделать потолок ваз 2104 Как сделать потолок ваз 2104

Тоже читают:



Фото шагов делать прическу

Елки из бантов своими руками

Схема электрики на ямахе 40

Как сделать транзит быстрее

Как сделать замер ворота